Рождество, ночная пьеса, декорации из леса
Клюквенный сироп из крови, да приклеенные брови
Одиночество из глины, бутафория из тела
Души пенятся от мыла, на щеках прыщи от мела
Из папье маше - клише

Ватой - облака неволи, вот семья, а вот пещера
Недоученные роли, на пупах свернулась Вера
Марля снега, звезд софиты, разбежались неофиты
Режиссер кричит и злится, тоже хочется напиться
Посмотри на эти рожи - в чем-то все творцы похожи

Спонсор спит у Барби мертвой, целлофан, тузы, шестерки
Крики, пыль, суфлер, фольга, ее куриная нога
За кулисой ждут войска с деревянными мечами
Вождь с прибитыми лучами чешет дулом у виска
Не победа а тоска не держава а...

Дан звонок, поплыли сцены, в зале грустная страна
Мрачно смотрит на Надежду, Веру и Любовь, она
Мат стоит над Палестиной, рев зверей, гора картона
Роды, тайные причины, реют флаги из бетона

Все дары волхвов украли, ясли оружейной стали
Утащил голодный сторож, как сыграть нам пьесу Боже?!
Ослепительных приборов нужно больше, господа,
Чтобы толще засияла Вифлеемская звезда!!!
Электричество поели, да пожрали провода

Я грущу, смотрю спектакль, третьим планом в глубине
Заспиртованный младенец спит в петровской колыбели
Улыбается метели и подмигивает мне