Я самый непьющий из всех мужиков,
Во мне есть моральная сила.
И наша семья большинством голосов
Снабдив меня списком на восемь листов,
В столицу меня снарядила,

Чтоб я привез снохе
С ейным мужем по дохе,
Чтобы брату с бабой - кофе растворимый,
Двум невесткам по ковру,
Зятю черную икру,
Тестю - что-нибудь армянского разлива.

Я ранен, контужен, я малость боюсь
Забыть, что кому по порядку.
Я список вещей заучил наизусть,
А деньги зашил за подкладку.

Ну, значит, брату - две дохи,
Сестрин муж,- ему духи,
Тесть сказал: - Давай бери, что попадется!-
Двум невесткам по ковру,
Зятю беличью икру,
Куму водки литра два,- пускай зальется.

Я тыкался в спины, блуждал по ногам,
Шел грудью к плащам и рубахам,
Чтоб список вещей не достался врагам,
Его проглотил я без страха.

Но помню: шубу просит брат,
Куму с бабой - все подряд,
Тестю - водки ереванского разлива,
Двум невесткам взять махру,
Зятю заячью нору,
А сестре - плевать чего, но чтоб красиво..

Да что ж мне, пустым возвращаться назад?
Но вот я набрел на товары.
- Какая валюта у вас? - говорят.
- Не бойсь,- говорю,- не доллары!

Так что, отвали мне ты махры,
Зять подохнет без икры,
Тестю, мол, даешь духи для опохмелки,
Двум невесткам - все равно,
Мужу сестрину - вино,
Ну, а мне,- вот это желтое в тарелке.

Не помню про фунты, про стерлинги слов,
Сраженный ужасной догадкой.
Зачем я тогда проливал свою кровь,
Зачем ел тот список на восемь листов,
Зачем мне рубли за подкладкой?

Все же надо взять доху,
Зятю кофе на меху,
Куму - хрен, а тесть и пивом обойдется,
Также взять коньяк в пуху,
Растворимую сноху,
Ну а брат и самогоном перебьется.