На небе вороны, под небом монахи,
И я между ними в расшитой рубахе,
Лежу на просторе, легка и пригожа,
И солнце взрослее и ветер моложе.

Меня отпевают в громадине храма,
Была я невеста, прекрасная дама,
Душа моя рядом стояла и пела,
Но люди, не видя, смотрели на тело.

Судьба и молитва менялись местами,
Молчал мой любимый и крестное знамя,
Лицо его светом едва освещало,
Прости, я ему все прощала.

Весна задрожав от печального звона,
Смахнула две капли на каплю иконы,
Что мирно покоилась между руками,
И я целовала веселое пламя.

Свеча догорела, упало кадило,
Земля застонав, превращалась в могилу,
Я бросилась в реку за легкой синицей,
Теперь я на воле, я Белая Птица.

Взлетев на прощанье, кружась над родными,
Смеялась я, горе их не понимая,
Мы встретимся вскоре, но будем иными,
Есть вечная воля, зовет меня стая.